19:18 

Рассвет, краткий конспект - 2

azura83
Свет мой, зеркальце, заткнись....
Краткий пересказ "Рассвета"
Спойлеры, возможно мат.
Часть первая
Часть вторая.
II. «ШЕСТЕРКА КУБКОВ»

Глава 1.
400 год К. С. 21 -й день Осенних Скал
Талиг, Нойедорф
Арно возвращается из плена в сопровождении гаунасского полковника Лауэншельда. Тот подробно расспрашивает Арно о буре, накрывшей Мельников луг.
Далее спойлерная сцена: Ли встречает брата и с порога велит писать письмо матери, и чтобы событий и чувств не менее, чем на две страницы.
Старая Эпинэ
Робер ждет прибытия Валмона. Карой и Мевен возмущаются - гость когда еще приедет, а кушать хочется. Робер велит подать мяса, хлеба и вина. За едой ведут довольно несодержательный разговор о событиях в Олларии.
Докладывают о прибытии Валмона. Появляется сын Валмона Серж Волвье. Он сообщает, что его батюшка устал с дороги и встретится с Робером завтра утром. Об ужине беспокоиться не нужно, у них все с собой, более того, Роберу сыра тоже привезли. Робер облегченно вздыхает - разговор откладывается.
Талиг, Ноедорф
Арно корпит над письмом, получается не очень. К нему заходит Руппи. Арно рад встрече и поводу прекратить писанину. Он приглашает Руппи поужинать, но тут выясняется, что выйти из комнаты он может, лишь вручив охраняющему его капитану готовое письмо. Мотивация срабатывает как надо, Арно быстренько накатывает пять страниц мелким почерком. Руппи впечатлен.
— Я попытался представить, как пишу матери страницу за страницей и отправляю, не перечитывая... У меня не получилось.
— А ты представь себе старшего брата... Желательно проэмперадора.

Старая Эпинэ
Робер перед сном обходит замок. У апартаментов принца (у Робера там маленький Октавий на попечении) его подстерегают недовольные слуги - служанки Жанна и Мари и повар. Они возмущены - сыр, привезенный Валмоном, воняет и скоро им пропахнут все припасы. Хороший человек такой гадости в дом не притащит, да и ведет он себя неподобающе, не уважает хозяев, к столу не выходит и вообще навозник... Слово за слово, выясняются подробности гибели Маранов. Оказывается, расправой командовала Мари.
Вешал Роже в своем старом шлеме и кирасе, но завела всех Мари. Именно она выкрикнула: «На каштан!» — не дожидаясь возвращения Никола, и ее послушали.
Робер несколько шокирован, но решает об этом не думать - что сделано, то сделано, ему с этими людьми жить. Он велит всем успокоиться и разойтись. когда слуги уходят, Робер находит у себя под ногами ветку лилии.
Глава 2.
400 год К. С. 22-й день Осенних Скал
Талиг. Ауслезе
Переговоры на высшем уровне: Лионель Савиньяк, принц Бруно, посредником выступает гаунау Лауэншельд. Бруно сопровождает знакомый нам адепт ордена Славы брат Орест. Речь идет о перемирии. Общий смысл разговора: предки не зря избегали воевать ни Изломе; воевать между собой, когда дома творится, то. что творится, бессмысленно, поэтому все объявляют перемирие до зимы и идут наводить порядок. Бруно упирается, но из чистого упрямства - разумеется, он все подпишет. Ах да, Ли снова косплеит Леворукого.
Старая Эпине
Валмон принимает наконец Эпине. Разговор идет о возвращени Робера; в Осеннюю охоту Валмон со скрипом, но верит. Выясняется, что Амалия Маран крала письма Жозины - до визита Арлетты Савиньяк та была уверена, что ее все бросили. Амалия же написала поддельное письмо, из-за которого Робер сорвался домой.
Она писала многим, но письма, которые она пыталась отсылать без помощи свекра, доставались Колиньярам. Их хватило, чтобы состряпать правдоподобное послание, которое должно было отвратить вас от возвращения. Сильвестр не спешил поддерживать притязания Маранов; в этом положении ваша неожиданная смерть на чужбине могла подтолкнуть его к решению разбить герб, а ваше появление в Талиге — при определенных условиях, — к введению в наследство.
Также Валмон радует Робера известием, что теперь он - опекун девицы Маран и советует передоверить опекунство Креденьи.
Внезапно тяжелая яшмовая ваза, которую зачем-то до отказа набили лилиями, падает с пьедестала и катится к креслу Валмона. Робер бросается спасать гостя, но тот сам успевает отскочить. А ведь он вообще-то неходячий.
— Никто из моих врачей не знал, что капканную болезнь можно излечить, сбросив на больного яшмовую вазу. — Проэмперадор с видимым трудом, но все же заложил ногу за ногу. — Ваши слуги не только справедливые судьи, но и толковые лекари. Тому, кто установил здесь этого монстра, я назначу пожизненную ренту. Возможно, вы не знаете, что я перестал ходить еще до вашего глупейшего восстания, что, кстати говоря, ему немало поспособствовало
Робер отгоняет мысль, что Валмон только претворялся калекой и предлагает выпить.
Талиг. Ауслезе
Соглашение о перемирии составлено. Лионгель и брат Орест оставляют Лауэншельда и Бруно переводить документ на дриксен и выходят прогуляться.
Говорят снова о скверне. Орест рассказывает, что в Агарисе видел зеленые свечи, но зеленого света, как Олларии не было, Эйнрехт же вовсе обошелся без спецэффектов. Из Агариса ушли крысы и кошки из Олларии тоже, про Эйнрехт Орест обещает узнать. Лионель спрашивает Ореста, как он обходится без кошки Гудрун и обещает вернуть ее месяца через полтора. К слову о Гудрун и ее избраннике - Орест передает Лионелю письмо, которое Руппи отправил Бруно - до адресата оно по понятным причинам не дошло.
Старая Эпине
новообретенная способность ходить не сбила Валмона с толку - он подробно распрашивает Робера о событиях в Олларии, а когда Робер упоминает допрос у истинников - об этом тоже.
Вальмон намерен заменить командующего Кадельской армией на Робера.
командующего Кадельской армией пора менять, а замена генерала на маршала естественна и вопросов не вызывает. Маршалов в моем распоряжении двое. У Дорака больное сердце, глупая голова и загребущие руки, так что он исключается. Остаетесь вы.
К ним присоединяется Карой, Валмон просит его вернуться домой и донести до вашего герцога некоторые мысли, касающиеся происходящего в Агарии. Разговор прерывает сержант Дювье - Мевена нашли мертвым в его комнате.
Робер и брат Анджело осматриваю покойного - Никаких подозрительных следов, на лице улыбка, усталая и счастливая, под глазами — круги. .
На подоконнике Робер замечает лилию. До него наконец доходит, что осенью лилии вообще-то не цветут, но на этой мысли он не фиксируется.
Одна их служанок в слезах сообщает, что умерла Мари, а повар Этьен тяжело заболел. В комнату входит Валмон, глядя на него, монах понимает, что случилось.
Брат Анджело чувствовал то же, что и Робер, иначе б не осенил себя знаком едва ли не в первый раз за время их знакомства.
— Сын мой... — шепот монаха был хриплым, будто у него пересохло в горле, — теперь я знаю что, но не могу понять как.

Глава 3.
400 год К. С. 24-й день Осенних Скал —1 -й день Осенних Ветров
Талиг. Нойедорф
Арно и Руппи фехтуют. Арно считает, что раз его отпустили без выкупа и даже лошадь не отобрали, Ли должен ответить тем же. Руппи сомневается, что соотечественники примут его с распростертыми объятиями. Он рассказывает Арно, как отбил осужденного казнь преступника, да еще и написал об этом Бруно. Теперь тот просто обязан его арестовать. Руппи намерен двинуться через Гаунау в Штарквинд и объяснить бабушке Элизе, что случилось в Эйнрехте на самом деле.
Появляется Лионель, он привел для Руппи серого в яблоках мориска Коро и приглашает на верховую прогулку. Арно, сунувшегося было просить за Руппи, он изящно отшивает.
Лионель возвращает Руппи его письмо. Теперь у Бруно нет никаких доказательств участия Руппи в похищении Кальдмеера и казни Бермессера.
Руппи просит озвучить уже истинную цель их прогулки. - Извольте, - говорит Савиньяк. - В Двадцатилетнюю войну я бы вас убил, потому что таких врагов как вы, армии возвращать нельзя. Но в условиях окружающего апокалипсиса Дриксен оказалась в самом худшем положении, поскольку осталась без правителя, и именно на вас, Руппи, вся надежда. Больше некому. Поэтому флаг вам в руки, мориска под попу, пистолеты вот еще возьмите и вперед, творить историю.
Руппи пытается гордо отказаться от подарка вражеского маршала, но у Ли все предусмотрено: конь от Арно, а пистолеты от Вальдеса, и вам с ним еще в кругосветку идти, не забудьте. От избытка чувств Руппи простреливает себе шляпу.
Мариенбургский тракт
Всю ночь Руппи пьянствует с Арно, а с утра Уилер вывозит его на Мариенбургский тракт, вручает подорожную от Лауэншельда и письмо для Бруно от маршала Савиньяка, из-за которого Руппи якобы и приехал, и оставляет дожидаться Бруно.
Бруно осторожно выспрашивает Руппи о Кальдмеере, о Савиньяках, спрашивает, известно ли ему о судьбе регента и Гудрун. Руппи не палится. Бруно велит ему написать домой и отпускает. Руппи пристает к группе порученцев и встречает знакомого - капитана Рауфа.
Рауф рассказывает о событиях Полуночи, как они с генералом Рейфером впервые встретились с китовниками в Бохольте.
Сперва думали, раз они уже здесь, значит, из Эйнрехта вышли давно и к тамошним пакостям отношения не имеют, да и фок Греслау — генерал серьезный, известный... Тут-то Рейфера и подловили; за разговорами и посиделками два дня прошло, и вся маша пехота китанулась. Вся. Представляешь?! Хвала Создателю, хоть на рейтар эта дурь почти не действует, всего шесть десятков переметнулись. До сих пор не пойму, в чем тут дело, ну не лошади же помогли?! А как ублюдки расправились с теми, кто присяге верен остался и к ним в лапы попал! Веришь, своих же заживо на куски рубили, а потом эти куски на пиках по всему лагерю таскали...
В итоге Рейфер заманил фок Греслаю в Марагону, а там уже подсуетился известный всем нам Валентин.
Вспоминать все это Рауфу неприяно, он переводит тему на лошадей и сговаривает Коро со своей кобылкой ( а Коро кто спросил?!)
Дорогу преграждают всадники, которых возглавляет некто фок Плютт (о нем нам известно, что он очень не ладит с Хеллештерном, а Хеллештерн встречался прежде ровно один раз в эпизоде). Рауф предполагает, что оный Плютт снова поцапался с Хеллештерном и приехал жаловаться фельдмаршалу. Но нет - Плютт пытается арестовать Бруно за предательство интересов Дриксен и сговор с врагами кесарии
Драться, впрочем, не спешит - ждет, пока Бруно сдастся сам. Бруно сдаваться не хочет. Все чувствуют себя неловко. Атмосферу разряжает Руппи - стреляет в Плютта и первым кидается в драку. Все с облегчением присоединяются.
Итак, наши победили, Руппи, вошедшего в состояние берсерка, приходится останавливать брату Оресту - враги давно сдались. Бруно вызывает Руппи и сдержанно хвалит.
Чтобы скромно промолчать, Руппи не хватило еще пары покойников. Или хотя бы одного. Нерастраченная шалая злость взмахнула крыльями и нахально заявила в лицо фельдмаршалу:
— Увезти адмирала цур зее было трудней.

Ну блин, вся шпионская игра насмарку... :facepalm:
Глава 4.
400 год К. С. 6-й день Осенних Ветров
Талиг. Восточная Придда
Лионель Савиньяк, Жермон Ариго и Райнштайнер по дороге в Альт-Вельдер. На перекрестке их поджидает всадник в лиловом шарфе -Валентин Придд просит разрешения присоединиться к кавалькаде. Отпустив гонца, Лионель замечает, что Придд очень сдержанный человек, но при встрече с бесноватыми сдержанность ему изменят, как, впрочем, и всем присутствующим.
Напрашивается вывод, что запрет на войны в Излом возник из боязни незаметно для себя превратиться в такую же чуму... Райнштайнер говорит, что если бы останавливающие бесноватым уподоблялись им, Изломы бы переживали единицы. Говорят также о зелени, которая разлилась только в Олларии.
Появляется Валентин. Лионель сообщает ему, что Арно благополучно вернулся из плена и позже поступит под начало Придда. Валентин не по-приддовски искренне радуется. Лионель требует отчета о событиях в Марагоне. Валентин рапортует об уничтожении последнего отряда китовников. Кроме того, он сообщает о том, что в Альт-Вельдере умерла его сестра Габриэла. Соболезнования не принимает: — Благодарю вас, но смерть Габриэлы для меня, и особенно для опекавшей ее графини Гирке, горем не является.
Альт-Вельдер
В Альт-Вельдере встречают гостей. При виде Лионеля Меллит чувствует острую боль в сердце.
Мэллит оставалось сделать лишь шаг, и она его сделала, хотя грудь пронзила резкая боль, а вокруг словно бы зашумел ветер, сквозь который мчался неистовый конь. Из ставшего алым дня на гоганни глянул огнеглазый сын Кабиохов.
Жермона она в первый момент принимает за Робера.
Пока Мэллит галлюцинирует о Савиньяке, Жермон чувствует то же самое, глядя на Ирэну. Влюбился, бедняга, с первого взгляда. В чувство его приводит тычок от Ойгена, впрочем, не до конца.
Лионель приносит соболезнования Юлиане. Все отравляются на поминальную службу. Лионеля мучают воспоминания о похоронах отца. Он вспоминает, как получил известие о его смерти, думает о Борне, который причиной убийства назвал «Савиньяк меня убедил сложить оружие». "
После службы все садятся за стол. Разговор касается идеи Вальдеса и Руппи плыть к Бирюзовым землям. Лионелю кажется важным выяснить, почему никто не додумался до этого раньше.
Глава 5.
400 год К. С. 6-й день Осенних Ветров
Альт-Вельдер
Поминальная трапеза. Все отдают должное уткам с шафраном, которых приготовила Мэллит. Юлиана вспоминает мужа. Жермон от любви потерял аппетит.
После обеда Жермон горько сожалеет, что ограничился всего одной уткой - ему снова хочется есть. Он собирается пойти вниз и пошарить в седельных сумках, но тут к нему заходит Ойген. Он, по счастью, позаботился заказать ужин.
Райнштайнер хочет понять, с чего вдруг Савиньяк заговорил о затее Вальдеса. Жермон может думать только об Ирэне и советует спросить самого Савиньяка. Ойген упрекает его в предвзятости по отношению к Савиньяку: фок Варзова жалко, но думать надо об армии. Жермон огрызается - ни к кому он не предвзят - и переводит разговор на Приддов.
— О Приддах. — Жермон сам подивился своей способности к вранью. — Что убийство наследника, это я про Джастина, чем-то важно.
— Разве я говорил об этом?
— Не сейчас. Весной мне этот Джастин чуть сниться не начал, но тогда у тебя под рукой был один Валентин, а теперь можно расспросить и его сестру. Конечно, сейчас не до того, но раз уж мы в Альт-Вельдере...


Ну почему же не до того, прямо сейчас пойдем и спросим - решает Ойген.
А прямо сейчас не получится - Ирэна гуляет с Лионелем. Лионель гадает, чего от него хочет графиня, но та никак не решается перейти к делу.
Лионель хвалит повара и органиста, который играл на службе. Ирэна говорит, что готовила Мэллит, а за органом сидела она сама.
Говорят о звездах, Ирэна считате, что причина несчастья с ее мужем - звезда Фульгат.
Его прохождение по себе же натальному грозит смертью. Иногда это длится несколько дней, иногда — несколько месяцев. Так было с моим мужем: он пережил Мельников луг, но Фульгат пошел назад, став Фульгой. Со звездами трудно спорить...
Наконец Ирэна говорит, что хочет снова называться виконтессой Альт-Вельдер и просит этому поспособствовать. -Меняете имя, выходцев боитесь? - догадывается Савиньяк.
Между тем, Жермон ревнует. Валентин и Ойген говорят все о той же экспедиции и об исходе холтийцев. Наконец, появляются Лионель с Ирэной и Райнштайнер берет с места в карьер: — Сударыня, — скучным голосом уточнил он, — вы подтверждаете, что ваш брат Юстиниан был застрелен предыдущим графом Гирке по приказу предыдущего же герцога Придда, обеспокоенного сближением наследника с герцогом Алва?
Отец не отдавал такого приказа, - твердо отвечает Ирэна. - Юстиниана убила Габриэла.

(Вот тут Валентину и сбавляют год - Ирэна утверждает, что ему тогда не было и пятнадцати.)


Валентин не согласен - он считает, что убить брата приказал отец из-за его дружбы с герцогом Алва.
Лионель предлагает всем сесть и разобраться.
Ирэна рассказывает, что ее муж взял с Вальтера Придда клятву, что тот не состоит в сговоре с союзниками Дриксен и Гаунау. Кроме того, Вальтер пообещал в скором времени принять сторону Олларов. Лионель предполагает, что герцог Придд был крайне заинтересован в помощи герцога Алва.
Валентин вспоминает, что Юстиниан тепло отзывался о герцоге Алва и называл Окделла и Борна предателями, что вызвало ссору. Но Вальтер при ней не присутствовал, ссорился Юстиниан с Габриэлой, - утверждает Ирэна.
Итак, в тот день в доме находились Валентин, Юстиниан, Ирэна, их мать и граф Гирке (прежний). Ожидали приезда герцога Вальтера, но он сообщил о непредвиденной задержке. Письмо привез слуга Эдуард (тот самый, что сейчас приглядывает за Габриэлой, муж Эмилии). По словам Валентина, отец иногда страдал от расстройства желудка и предпочитал в этих случаях оставаться в постели, так и произошло в тот раз.
Габриэла в тот день проявляла беспокойство, но есть в своих комнатах отказалась и спустилась к обеду вместе со всеми. За столом произошла ссора - Габриэла упрекала Юстиниана за то, что он сидел за одним столом с убийцей и негодяем герцогом Алвой. Тот огрызнулся, что отношения самой Габриэлы с убийцей и негодяем (графом Борном) совместными трапезами не ограничивались. Габриэла набросилась на брата с ножом, но ее успокоил граф Гирке. Безумную увели, все продолжили обедать.
После обеда Ирэна осталась с матерью, а Валентин с братом отправились в фехтовальный зал. Фехтовали до вечера; Валентин вспоминает, что брат говорил о том, что попытки сместить Фердинанда - глупость и преступление; резко отзывался о кансилльере, тессории, герцоге Колиньяре и некоторых других. У Валентина создалось впечатление, что брат таким образом готовится к разговору с отцом.
Потом Валентин лег спать и проспал всю ночь. Ирэна же засиделась допоздна. К ней постучала камеристка и сообщила, что Габриэла пропала. Зная, что сестра в таких случаях сбегала в парк, Ирэна обратилась к графу Гирке, который лучше всех ладил с безумной. Тот вместе с Эмилией и Эдуардом отправился на поиски. Ирэна не стала дожидаться, пока сестру найдут и тоже легла, так что дальше информация с чужих слов.
Габриэлу Эдуард обнаружил в одной из беседок; оставив ее с Эмилией, он отправился искать графа Гирке и встретил его несущим на руках мертвого Юстиниана. Как оказалось, Гирке услышал выстрел, пошел на звук и обнаружил тело племянника неподалеку от калитки, ведущей в березовую рощу . Там же с утра нашли футляр для писем.
уф, конец главы, продолжение следует
Глава 6.
400 год К. С. 7 й день Осенних Ветров
Гайифа. Кипара. Кирка
Ура, наконец-то Капрас!
Капрас в Кирке и у него беда: субполковник местного гарнизона Брацас поднял солдат на мятеж, к которому присоединились два Капрасовских батальона. Люди не хотят идти к столице, когда их собственные дома подвергаются набегам варваров - это Капрас понимает, но все равно в шоке, ничего же не предвещало.
Бунтовщики засели в местном монастыре, Капрас с офицерами заняли под штаб дом местного виноторговца. Мятежникам дали час на раздумья, солдаты занимают позиции и готовятся к штурму. Капрас приказывает офицерам бриться и завтракать.
Талиг. Альт Вельдер
Тело Вейзеля отправляют домой под пушечные залпы. Юлиана впервые дает волю слезам. Райнштайнер и Мэллит уводят вдову, а Валентин просит Лионеля о приватном разговоре. Он, хоть и верит сестре, по-прежнему считает, что приказ об убийстве отдал отец. Юстиниан изменил отнощшение к Габриэле, и защищал бы ценой небытия кого угодно, кроме нее. Но все-таки есть обстоятельство, косвенно подтверждающее версию Ирэны. Габриэле уже приходилось стрелять в человека из пистолета. Это именно она, а не граф Борн, застрелила маршала Савиньяка.
Габриэла очень любила мужа, она полагала именно его достойным занять трон Талига и боялась, что мятежники обойдут его ради Эпинэ или Окделла. По настоянию семьи Борн поднял мятеж в одиночку; сам он не был уверен в успехе, поэтому маршалу Савиньяку удалось убедить его сложить оружие. Свидетельницей переговоров оказалась Габриэла, она и выстрелила маршалу в живот. Борну пришлось добить маршала, чтобы прекратить агонию. Он отослал жену в Васспард и взял вину на себя.
Правду он рассказал только герцогу Придду, тот поделился с братьями и зятем, а Валентин получил эту информацию от графа Гирке, супруга Ирэны, когда стал главой дома. От женщин дома произошедшее скрыли. Ага, конечно...
Правду он открыл сейчас потому, что обещал Удо Борну помешать герцогу Ноймаринен разрушить Борн. Севером теперь правил Лионель, и судьба уцелевших Борнов и их родовых земель зависит от него. Убийца Габриэла, граф Борн виноват лишь в том, что слишком сильно ее любил и был не столь стоек и умен, как казалось многим, мстить некому.
Лионель меняет тему - интересуется, приходилось ли Валентину встречать выходцев кроме брата и упомянутого Удо Борна. Валентину не приходилось. Лионель спрашивает, кем бы мог быть появившийся в Олларии призрак красивого мужчины с усами. Валентин предполагает, что это Айнсмеллер.
Напоследок Лионель говорит, что не верит, что Габриэла убила Юстиниана, и происшествие в Борне ее скорее оправдывает. Если она не смогла убить с двух шагов, то ночью, в непогоду, издалека тем более не попала бы, тут нужен опытный стрелок.
Гайифа. Кипара. Кирка
Мятежники не стали ждать час и ринулись на прорыв. Капрас с офицерами выбегают во двор, спокойствие сохраняет лишь кавалерист Николетис, не прервавший завтрак. Ну и правильно делает - делать, кроме как кружить по двору в ожидании новостей, пока нечего. Наконец появляется Агас с докладом: мятежники взорвали в двух местах стену монастыря и пытаются вырваться из города. Капрас прикидывает их возможный маршрут и отправляет людей на перехват, приказывает занять перекрестки и не дать мятежникам рассредоточится по городу. Ну, в общем, правильно все делает, наши победили. Наконец, бой стихает и Капрас едет в город.
Капрас осматривает поле боя. Его и офицеров мучает вопрос - как такое могла произойти здесь, в Гайифе, во втором городе провинции? Присоединившийся к корпусу отец Ипполит просит пояснений по ходу боя. Он отказывается отпевать мятежников, так как они по сути самоубийцы.
Гарнизонный писарь Фурис, не примкнувший к мятежу, докладывает, что тело Брацаса найдено и опознано. Капрас намерен пойти посмотреть, но тут
появляется гонец - на северной окраине взбунтовался еще один батальон из резервного полка. Стоящий рядом драгунский полк справился самостоятельно. А ведь скверна косит преимущественно пехоту, элитные части: драгуны, рейтары - почти не поддаются.
Капраса и всех присутствующих мучает вопрос - что за хрень тут происходит?! Ладно, немного не так: ну что же это творится то, вразуми Создатель?
Появляется Николетис и зовет Капраса в аббатство - там такое! - Капрасу обязательно надо увидеть.
Глава 7.
400 год К. С. 7 й день Осенних Ветров
Талиг. Альт- Вельдер
Мэллит, Лионель и Валентин гуляют по парку. Лионель расспрашивает Мэллит о мертвом Айнсмеллере. Мэллит рассказывает:
–Его глаза подобны очам серны, если бы та стала рыбой и уснула!...Я слышала, как сказали «стой», и видела лапы зверей...Когтистые, они били то, что вздымало голодного, и оно оседало.
– Это вещество напоминало зеленый мед?
– Пчелы создают иное. Ни… Я уподоблю нареченного Айнсмеллером рыбе в желе на соусе девяти трав, что покоится средь оливок и нарезанных овощей. Он был один, и его было много, я видела лица и множество рук, они поднимались, а стены, что преграждали им путь, покрывались трещинами...лилась кровь и дул горячий ветер, вместе они породили цветы, что называют гвоздиками, а из багрового жара протянулись черные лапы. Такие же, как в убитой аре. Они жили, и когти их ранили колыбель спящего.

В процессе разговора все перенимают гоганнскую манеру говорить, что что понять, он чем речь, становится тяжело.

Жермон в это же время гуляет Ирэной. Разговор поддерживает в основном Ирэна, называя растущие в парке растения. Наконец Жермон вымучивает тему для беседы и спрашивает, почему Альт-Вельдеры всегда отказывались от графского титула и считали себя наследниками Вальков.
Ирэна расказывает: Прежнее имя Вальков – Кипара. Последний известный представитель рода - Лорио Кипара, вассал Дома Ветра, чья мать принадлежала к роду Борраска. В него влюбилась супруга анакса, и тот от греха подальше отправил Лорио на север. В тех же местах жил младший брат Повелителя Волн, который злоупотреблял спиртным и не уделял должного внимания свой красавице-жене. Та находила утешение, проводя время в молитвах в храме на острове. Храм не сохранился, теперь на его месте источник и вера в исполнение желаний. Лорио сошелся с прекрасной паломницей, но вскоре встретил юную девушку и стал готовиться к свадьбе. Любовница же отправилась в храм и загадала желание: чтобы Лорио не мог овладеть ни одной девственницей, но чтобы она сама по прежнему могла удовлетворять его страсть. Ее как-то не так поняли - чрево Лорио принялось расти и стало столь огромно и тяжело, что ему пришлось забыть не только о свадьбе, но и о седле и доспехах. Свадьбу отменили, а изуродованный полководец стал прятаться от людей. Однажды к нему приехал анакс. Вид изуродованного соперника его порадовал, он подарил Лорио озеро с окрестностями и приказал вернуться ко двору. Тот попросил месяц на устройство дел провинции и по истечении срока исчез. Все свое имущество он завещал брату невесты. Анакс, устыдившись, запретил упоминать о Лорио и подтвердил его завещание. Будущие Вальки, однако, отказались считать себя хозяевами, так как дожидались Лорио. Пока нам здесь важно лишь упоминание источника.
Вдруг Ирэна решается и сообщает Жермону то, что не смогла рассказать Савиньяку.

Лионель между тем расспрашивает Мэллит о гоганнах. Мэллит может ответить лишь на треть вопросов. Они сворачивают к тому пруду, где утонула Габриэла; от питается от того самого чудодейственного источника, поэтому, сообщает Валентин, на дне можно увидеть монеты и украшения. Лионель хочет пойти туда один, но Валентин не позволяет - нечего, там уже три человека утонуло, не хватало утопить там Проэмперадора. Все пойдем.
Мэллит слышит, как по лабиринту идут мужчина и женщина. Ей приходит в голову, что мертвая Габриэла могла вернуться за кем-то. Теперь уже она рвется к пруду одна, но Лионель окликает идуших - это Жермон и Ирэна. Лионель просит их следовать к пруду. Проницательный Валентин успокаивает Мэллит - выходцем Габриэле не стать, ее тело не исчезло.

У пруда все встречаются. Жермон выполняет просьбу Ирэны и рассказывает Лионелю о том, что ему уже известно - его отца убила Габриэла. Не знали женщины, как же, женщины все знают... А вот что мешало брату с сестрой обменяться информацией...ну, тогда интриги бы не было.
Ирэна вспоминает день после убийства. Пропала левретка матери, Ирэна отправилась на поиски, но не нашла. В саду она набрала букет цветов и хотела отнести их Юстиниану, но дверь в его комнаты заперли. У Ирэны случилась истерика, она потеряла сознание и слегла с жаром. Вечером ее навестила мать. Ирэна в бреду попыталась объяснить ей, что не нашла собаку, но найдет обязательно. Мать подумала, что Ирэна говорит об убийце и оборвала ее: это дело старших. С утра Ирэну вместе с Габриэлой отсылают в Марагону. В дороге Габриэла твердит, что "месть удалась.
Когда через несколько месяцев старшие Придды приезжают в Альт- Вельдер , Ирэна спрашивает. ка долго Габриэла останется на ее попечении. Выясняется, что навсегда - положение семьи после смерти Юстиниана очень усложнилось, если Габриэла что-то скажет при посторонних, будет беда. Поэтому Ирэна должна окончательно оставить двор и следить за сестрой, родители же постараются создать впечатление, что графиня Борн все еще в Васспарде. Ирэна возражает, тогда мать и открывает ей правду об убийстве Савиньяка.
Лионель снимает с пальца кольцо, бросает в воду и желает Ирэне счастья. Потом задает последний вопрос: нашлась ли левретка? -Нет, не нашлась, - отвечает Ирэна.
Вот теперь у Лионеля все сходится и он объявляет свои выводы. Джастина убил чужой человек, скорее всего, кто-то из людей Манриков, и Манрики же распустили слухи, что причина убийства - дружба с Алвой. Теперь о Габриэле. Как стало известно Лионелю, женщины семейства Борн занимались колдовством и научили этому Габриэлу. В частности, ритуалу поднятия выходца с помощью горячей собачьей крови. Именно это и проделала Габриэла над телом брата, чтобы заставить его отомстить за супруга. Однако то ли ритуал был неполным, то ли воля Джастина слишком сильна, но от власти сестры он освободился. С ним произошло то, что алаты называют «вежета сётевиш». Суть явления в том, что выходец не может не забрать живого, виновного в перед ним "особой виной". Исполнив это, выходец обретает посмертие, которое может стать долгим, и, как это ни дико звучит, счастливым. Такие выходцы способны радоваться, случается, они находят и любовь, а небытие, полное небытие, их пугает.. Вряд ли Джастин понимал, что вина Габриэлы в проведенном ритуале, скорее, он считал ее своей убийцей. Однако уводить ее он не стал не из родственных чувств, а понимая, что если эту заразу сделать нежитью, она уничтожит всю семью.
Ему достало силы воли и любви не потерять себя и обратиться к тому, кто мог понять и сделать, что нужно. К вам, Валентин. Вы поняли и сделали, однако убийцу, я говорю об убийце Юстиниана, следует искать отнюдь не в Васспарде.
Глава 8.
400 год К. С. 7- й день Осенних Ветров
Талиг. Хексберг
Луиджи получает письмо из дома. Августеший родитель интересуется, не слишком ли наследный принц загулял на чужбине, и требует его домой. Мысль о возвращении домой Луиджи радует и он спешит поделиться планами с Вальдесом.
Тот в компании кошки Гудрун разбирает бюро. При виде содержимого ящиков читатель ощущает глубокое духовное родство с персонажем: там груда бумаг, сухие каштаны, монеты, флакончики, чей-то веер, стилет, жемчужные бусы, бронзовая рыба, винные пробки и полкило понсоньи. В связи с последним всем приходится эвакуироваться из комнаты, пока не надышались.
Налив вина, Вальдес объясняет, что бюро разбирал в память о Вейзеле - тот лет пять пытался вдохновить племянника на этот подвиг и вот, не дожил.
Луиджи кажется. что теперь, потеряв родственника, Вальдес поймет его скорбь по Поликсене. Но ничего подобного, Вальдес объясняет ему, что Поликсену он не знал и влюбился в вымышленный образ.
Только ты, в отличие от дядюшки, ни кошки не любил. И кошку тоже не любил. Ты не знаешь, как твоя любовь чихает, как сопит во сне, как смеется. Она ни разу не влепила тебе пощечину, не велела надеть теплый набрюшник, не уселась, когда ты прокладывал курс, на карту, чтобы услышать, как ей идет новая ленточка… Ты умозрителен, а потому твои страданья – дым.
Он сейчас о женщине или о кошке?
Потом Вальдес предлагает пойти на гору, не зря же бусы нашел. Потому что скорбеть не обязательно с постной физиономией и трезвым. Чтить Создателя, или кому мы там обязаны что звездами, что виноградом, можно лишь дорожа им созданным, пусть не всем, но хотя бы главным. Здесь дорожа, кальявэра, на этой вот самой земле!
Альт- Вельдер
Жермон и Ойген беседуют. Ойген изрекает две важные вещи - во-первых, Жермону следует жениться на Ирэне - браки по любви угодны Создателю, а Альт-Вельдер - хорошее приданное. И претендовать на эти земли никто не сможет, а то ходят тут всякие. С Валентином Ойген уже договорился.
Второе - дело Джастина не закрыто. Без вражеского шпиона тут не обошлось, надо его найти. Чем и займемся.
Талиг. Хексберг
Юхан Клюгкатер исполняет данное Руппи обещание - раз в четыре для навещает Кальдмеера и пытается развлекать его портовыми сплетнями. Кальдмеер внимательно слушал, дергал щекой, задавал ровно два вопроса и угощал гостя можжевеловой. За Олафа уже реально страшно...
После очередного визита Юхана требуют к Вальдесу. Адмирал радует Юхана официальным разрешением на закупку кэналлийского и просит проводить Джильди в Фельп. Тут Юхана накрывает непонятное ощущение - несмотря на то, что предложение для него крайне выгодно, он отчетливо понимает, что идти в Фельп ему нельзя. Едва не в слезах он пытается объяснить Вальдесу свой отказ. Тот явно что-то понимает и предлагает другой вариант - отправиться (уже посуху) к Фельсенбургу и отдать ему кошку. На это Юхан соглашается.
Альт- Вельдер
Жермон и Ойген отправляются в бывший кабинет Гирке и вызывают туда для допроса служанку Габриэлы Эмилию. Райнштайнер уверенно обвиняет женщину в колдовстве и пособничестве убийству и грозит обыскать ее комнату. Внезапно врывается растрепанная Мэллит и просит скорее пойти с ней. Жермон боится за Ирэну, но Мэллит ведет к покоям Юлианы. За нее, впрочем, тоже волноваться не стоило - Мэллит и Райнштайнер разыграли спектакль. Теперь служанка, если виновна, должна броситься уничтожать улики, за ней проследят.
Барон объясняет - чтобы убить Джастина, его следовало выманить из дома в нужное время. Скорее всего, его пригласили на свидание, причем, вернись герцог Вальтер вовремя, Джастин никуда бы не пошел. Следовательно, кто-то должен был знать о передвижениях герцога и вовремя предупредить убийцу. Мэллит напоминает, что письмо от герцога привез Эдуард, муж Эмилии. Он же мог привезти письмо, которым выманили Джастина.
Глава 9.
все еще 400 год К. С. 7- й день Осенних Ветров
Альт- Вельдер
Юлиана в покоях Ирэны, Мэллит идет к ним. Женщины беседуют о кулинарии, пока не появляется Лионель. Он просит Юлиану отпустить Мэллит с ним и бароном Райнштайнером (видимо, в качестве научного консультанта). Юлана отпускает приемную дочь, но требует с Лионеля клятву, что тот будет ее защищать, как защищал бы Курт. Лионель клянется кровью. Ирэна тоже клянется позаботиться о Юлиане.
Ирэна просит Лионеля рассказать, почему он так интересуется гоганскими обычаями.
Лионель начинает издалека. Внешне сам он - вылитый мориск- агирниец. Мориски светловолосы; жители Дигады и Межевых островов черноволосы, как марикьяре, но им дано право называть себя морисками. Рыжих, кроме гоганов, в Багряных землях нет, и их вера и обычаи не имеют ничего общего с багряноземельскими. Лионель предполагает, что гоганы пришли из Бирюзовых земель, и их обычаи - последствия перенесенных народом испытаний. Какой-то другой завоевал их и вынудил покинуть родные места. Толстые женщины и кулинарное искусство - память о голоде, запрет подшивать одежду - потому что ниток едва хватало, чтобы одежда не разваливалась, черный и желтый цвета - чтобы скрываться в пустыне, отсутствие воинов - воля победителей. Отсюда и магия, чтобы хоть как-то защищаться.
Мэллит точно не знает, но чувствует, что Лионель прав и все так и было.
Ирэна боится, не ждет ли их судьба холтийцев или гоганов, ведь, по словам Райнштайнера к этому идет. Лионель отвечает: – Несомненно, графиня, но барон не учел одну вещь. Шар судеб останавливают первородные. То есть мы.
Гельбе. Гронигенский тракт
Руппи все сошло с рук - Бруно как ни в чем не бывало отправляет его с поручениями. По мнению Руппи, в основном для того, чтобы показать армии - братья кесаря заодно. Вот и сейчас он едет в к генарал-интенданту в компании эскорта и брата Ореста. Коня, кстати, теперь зовут Морок и он вроде не возражает. По дороге говорят о бесноватых. Руппи жалеет, что Плютт не взбесился - тогда было бы легче убедить Бруно. Брат Орест его осаживает и просит поставить себя на место военных, которые с боем дошли до Южной Марагоны - каково им отдать победу и признать перемирие? Кого бы выбрал сам Руппи, будь он простым капитаном рейтар? Руппи соглашается, что скорее поддержал бы Плютта.
Вот и ищите аргументы, чтобы убедить капитана рейтар, - требует Орест.
Объяснить, чем Марге опасней Савиньяка, непросто. Доказать человеку, что один и один не обязательно будет два, можно; вы попробуйте доказать, что при этом один и один – еще и кит с голубыми крыльями.
– Зачем доказывать? – усмехнулся Руппи, сдерживая вновь задурившего мориска. – Я просто убью кита и покажу нашему капитану тушу. Крылья он увидит сам.

И эти люди осуждают Окделлов
Альт- Вельдер
Все, последняя часть Марлезонского балета
Операция увенчалась успехом - у Эмилии и Эдуарда нашли пропуск к графу Манрику и нечто вроде открытого листа. Слуг завербовали, когда они сопровождали графиню Борн в Васспард. Некий человек с военной выправкой - подручный Штанцлера, по предположению Ойгена - перехватил их по дороге, пригрозил Занхой за пособничество мятежникам и предложил прощение и деньги в случае сотрудничества.
В ночь убийства Джастина выманила Эмилия - она рассказала ему об исчезновении Габриэлы часом раньше, чем остальным, и он отправился на поиски. Эдуард же задержал герцога и привез приказ выманить Джастина и сделать так чтобы он пришел к калитке. Письмо в футляре уже лежало там. Супруги думали, что Джастин должен прочитать письмо, об убийстве они не догадывались.
Все, дело раскрыто, уф.

Глава 10.
400 год К. С. 8-й день Осенних Ветров
Гельбе. Нойемюнстер
Руппи обдумывает разговор с Бруно. После происшествия с Плюттом фельдмаршал окончательно уверился, что ему противостоят обычные интриганы. Появляется Киппе и сообщает о беспорядках в городке Аффентале. Там стоят остатки Лоуварденского полка и туда же через пару дней должны подойти резервы. Руппи отправляется разбираться.
На подъезде к Аффенталю Руппи ощущает растущее раздражение. Брат Орест ничего странного ну чувствует.
Альт-Вельдер
Жермон разыскивает Ирэну в парке и без предисловий объявляет: я старый солдат, донна Роза, и не знаю слов любви...ладно, просто признается в любви и ждет реакции. Ирэна почему-то начинает скрупулезно выяснять, когда именно Жермоном овладело сие прекрасное чувство. Точно до того, как ему при встрече поднесли кубок местной воды, а не после?
-Объясните толком, или я свихнусь. - требует Жермон.
Ирэна пытается объяснить. В юности она влюбилась в Робера Эпине и призналась ему, но он ей отказал. После этого Ирэна больше не ощущала в себе способности любить и безропотно вышла за Альт- Вельдера, так как это нужно было семье. (Удачный момент, чтобы пнуть Оклелла, хотя, казалось бы, он-то здесь при чем?). Так вот, детей от нелюбимого Ирэна не хотела, поэтому пила алатскую ветропляску. Но когда мужа привезли с Мельникова луга, в ней проснулась совесть - она поняла, что лишать человека наследников подло. Тогда Ирэна взяла любимое ожерелье и пошла к заветному пруду загадывать желание. Бросила ожерелье в воду, но вместо того, чтобы сформулировать четкое ТЗ, вдруг пустилась в поток сознания: вспоминала Робера, думала о том, как хорошо быть любимой, жаловалась на мужа и на сестру. И вот теперь Ирэна уверена, что ее услышали - муж и сестра мертвы, а в нее внезапно влюбился человек, похожий на Робера. Так что все это происки нечисти и поддаваться им нельзя.
- Да как же меня задолбала эта мистика! - взрывается Жермон, и многие читатели с ним солидарны, - Отвечайте прямо, эрэа - я вам нравлюсь? Отлично, замуж пойдете? Ну вот и славно, пойдемте к Савиньяку, вытрясем из него разрешение на брак по ускоренной процедуре.
И они рука об руку уходят искать Савиньяка.
Happy end

Гельбе. Нойемюнстер
При въезде в городок беспокойство Руппи усиливается. На улицах пусто, толпа собралась на рыночный площади и некий оратор толкает перед ней речь о варитском величии и завете Торстена. Руппи видит знамя с китом и солдат, которых ждали через два дня. Брат Орест замечает у стены трупы.
Руппи понимает, что времени, чтобы вызвать помощь у него нет и действовать надо, пока не китанулись все присутствующие.
Оратор призывает отринуть кесарию и чужие титулы и вернуться к варитским обычаям. Руппи выходит вперед и по варитскому же обычаю вызывает его на поединок.
Шпага для варитского поединка не слишком подходит, и Руппи одалживает у брата Ореста палаш. Противник не так безумен, как Оксхолл, но Руппи парой оскорблений выводит его из себя и убеждается - бесноватый.
Далее следует описание поединка, в котором Руппи переигрывает противника и отрубает ему сперва руку, а затем и голову. И поднимает эту голову за волосы перед толпой. По варитскому обычаю. Называет себя - прямого потомка Торстена, ломает древко флага с китом, топчет полотнище и принимает командование. Солдаты подчиняются.

запись создана: 31.05.2017 в 18:24

@темы: ОЭ, Рассвет

URL
Комментарии
2017-06-01 в 22:14 

Royal Heart
Далее спойлерная сцена: Ли встречает брата и с порога велит писать письмо матери, и чтобы событий и чувств не менее, чем на две страницы. Я попытался представить, как пишу матери страницу за страницей и отправляю, не перечитывая... У меня не получилось. — А ты представь себе старшего брата... Желательно проэмперадора. а ведь в каком-то фанфике, а то и не одном это было. Все-таки прет ВВК из фанфиков по своему миру совершенно беззастенчиво. Впрочем и сам мир сляпан из чего было.

За разбор спасибо, сама бы не одолела.

2017-06-03 в 20:01 

azura83
Свет мой, зеркальце, заткнись....
а ведь в каком-то фанфике, а то и не одном это было
Сама не помню, но было бы забавно :-D
Спасибо, что читаете! :)

URL
2017-06-03 в 20:15 

m_kor
и граф Гирке (старший, свекр Ирэны)
А там он прямо назван свёкром? Вроде бы где-то на оэголике, то ли в треде Рассвета, то ли в приддотреде, обсуждали родственные отношения между Гирке-старшим и Ирэниным мужем, договорились до того, что неизвестны (и явно не прямые).

2017-06-03 в 20:33 

azura83
Свет мой, зеркальце, заткнись....
Нет, я так думала. Уберу тогда. Спасибо!

Наш канон реально надо изучать, чтобы не ошибаться:D

URL
2017-06-04 в 01:28 

tesley
Наше вам с кисточкой!
azura83, объяснение Жермона и Ирэной в вашем пересказе – прелесть! :laugh:

2017-06-04 в 18:12 

Спасибо за пересказ, читаю вместо книги :)

2017-06-28 в 18:17 

Кобриэль
То, что ты делаешь, хорошо уже потому, что ты это делаешь.
Насколько я помню, конь у Руппи был не серый, а вороной то ли с белым пятнышком, то ли с белым носочком. Короче, сделали из Фельсенбурга микро-Алву Дриксенского разлива.

   

А в нашем болоте..

главная